<pstyle=» : 150%;«>Идею Дональда Трампа о неком «Совете мира» следует понимать не как институт мира в моральном или же правовом смысле, а как инструмент прикладной силы. Это не о ценностях и не о процедурах. Это о влиянии, давлении и результате. <pstyle=» : 150%;«>Механизм «Совета мира», намеренно неформальный, элитарный и по-своему жесткий, больше напоминает закрытый «Клуб сильных», чем международную организацию. Ранее его уже сравнивали с криминальным синдикатом (группой влиятельных игроков, которые наводят порядок не через закон и согласие, а через рычаги, сделки и даже угрозы). Сравнение довольно резкое, но честное. Парадокс же в том, что именно те черты, которые делают «Совет мира» философски сомнительным, и могут сделать его практически рабочим. <pstyle=» : 150%;«>По своей структуре это скорее «Картель влияния». Как в мире теневых договоренностей: минимум формальностей, максимум концентрации власти, решения принимаются быстро, исполняются под давлением и так далее. Это чистый макиавеллизм. Макиавелли не спрашивал, красиво ли устроен мир. Его интересовало, работает ли он. Мир, навязанный теми, у кого есть сила заставить подчиниться, для него был куда реальнее бесконечных переговоров без рычагов принуждения. <pstyle=» : 150%;«>С точки зрения классической философии проблем здесь более, чем достаточно. Джон Локк сказал бы: «Нет согласия – нет легитимности». Джон Ролз отверг бы такую конструкцию как несправедливую, закрытую и обслуживающую сильных. Даже Томас Гоббс, апологет жесткой власти, настаивал на суверене, а не на временном союзе элит. По всем этим меркам «Совет мира» не выдерживает моральной экспертизы. Но именно здесь теория сталкивается с реальностью. <pstyle=» : 150%;«>Современная международная система давно живет не по учебникам. Общие нормы размыты, многосторонние институты парализованы, международное право применяется избирательно. <pstyle=» : 150%;«>Войны продолжаются не потому, что мир невозможен, а потому, что некому и нечем его навязать. <pstyle=» : 150%;«>В таких условиях либеральные идеи Локка и Ролза выглядят не как действующий порядок, а как благородное воспоминание. И вот тут «Совет мира» обретает свою странную, но вынужденную логику.<pstyle=» : 150%;«>История знает немало «мирных» решений, достигнутых не на публике и не через демократические процедуры: Венский конгресс, тайная дипломатия холодной войны, закрытые переговоры по контролю над вооружениями. Это были не моральные триумфы, а это были сделки силы, цель которых заключалась в одном – остановить насилие. Предложение Трампа вписывается в эту линию без всяких иллюзий. <pstyle=» : 150%;«>Неприятная правда, о которой говорили и Макиавелли, и Гоббс, проста: сначала порядок, а уж потом справедливость. Справедливость без порядка – теория. Порядок без справедливости – дефектная, но все же осязаемая реальность. «Совет мира», как я понимаю, выбирает второе. Он не обещает честности, но он обещает паузу в кровопролитии. <pstyle=» : 150%;«>Не легитимность, а управляемость. В мире войн, замороженных конфликтов и миллионов жертв, это различие перестает быть абстрактным. Даже аналогия с криминальным сговором здесь работает не только как упрек, но и как объяснение привлекательности идеи. Криминальные структуры эффективны потому, что они решительны, гибки и не скованы процедурами. Государства справедливо отвергают их мораль, но часто завидуют их ясности и четкости действий. «Совет мира» пытается заимствовать эту ясность, не проговаривая вслух цену. Да, это не благородно. Но это удобно. <pstyle=» : 150%;«>Риски тут тоже очевидны. Такой механизм может закрепить сферы влияния, поощрить агрессию, вытеснить слабые государства на обочину и превратить дипломатию в персональные сделки. Он может и рассыпаться при ослаблении американского влияния или же деградировать в хаотичный торг. Все это – реальные угрозы. Но, отвергать идею только по моральным причинам значит игнорировать куда более тревожный факт: существующая сегодня система все чаще не способна остановить войны вообще! <pstyle=» : 150%;«>Поэтому главный аргумент в пользу «Совета мира» не в том, что он справедлив, а в том, что он может оказаться применимым. В мире, где нормы уступили место силе, а убеждение принуждению, инструмент, который честно признает эту реальность, способен сделать то, что идеалистические конструкции больше не делают. <pstyle=» : 150%;«>Нет, это не архитектура будущего и не моральный ориентир. Это аварийный тормоз. Это решение, рожденное не философией, а усталостью мира от бесконечных войн. И в этом смысле оно отражает не только цинизм Дональда Трампа, но и глубинный кризис глобального порядка, который больше не верит в собственные правила. И именно поэтому ищет хоть какой-то способ остановить хаос. <pstyle=» : 150%;«>ЮРИЙ ВАНЕТИК, адвокат, политический стратег, член Совета директоров международного правозащитного агентства West Support, старший научный сотрудник Claremont Institute (Калифорния, США) |
