В начале месяца специальный представитель Стив Уиткофф посетил Москву, после чего стало известно о предстоящей встрече Трампа с Путиным. Как выяснилось, местом встречи стал Анкоридж на Аляске. Сама встреча состоялась в минувшую пятницу.
Учитывая, что Путин и Трамп беседовали лишь половину отведённого времени, у многих сложилось впечатление о провале переговоров.
В этом ключе встречу в Анкоридже транслировали все американские СМИ, однозначно трактуя красную дорожку, аплодисменты и совместную поездку в автомобиле как поражение президента Трампа.
В то же время сам факт приезда Путина в США можно было бы интерпретировать как дипломатическую победу Вашингтона — ведь встреча проходила на американской, а не на нейтральной территории.
Уже спустя сутки переговоры стали обрастать слухами, и оказалось, что они носили более содержательный характер, чем казалось на первый взгляд. По словам госсекретаря Марко Рубио и спецпосланника Стива Уиткоффа, Путин выразил готовность к уступкам и к переговорам с Украиной.
Иными словами, он кулуарно допустил возможность пересмотра требований, выдвинутых год назад на коллегии МИД РФ — о выходе на административно-территориальные границы аннексированных украинских областей и обеспечении процесса «денацификации» и «демилитаризации» Украины.
В то же время Россия отвергла идею прекращения огня и предложила сразу обсуждать мирный договор, оставляя за своими военными возможность продолжения боевых действий против Украины.
Впервые также прозвучала тема территориальных обменов. По слухам, Путин предложил добровольную передачу Украиной неоккупированных территорий Донецкой области в обмен на небольшие участки Харьковской, Днепропетровской и Николаевской областей.
Украинская сторона дезавуировала эту информацию, однако президент Зеленский почти одновременно выразил готовность прибыть в понедельник в Вашингтон для консультаций с президентом Трампом и европейскими лидерами.
Встреча Трампа с Зеленским в понедельник прошла в дружелюбной атмосфере — в отличие от накала конфронтации, наблюдавшегося в конце февраля, когда стороны поругались во время совместного общения с прессой.
По слухам, президент Владимир Зеленский не исключил возможности пропорциональных территориальных обменов, а президент Трамп заявил о готовности Путина встретиться с Зеленским.
Напомним, последняя встреча Путина с Зеленским состоялась в Париже зимой 2019 года, когда украинская сторона фактически заявила о неготовности выполнять Минские соглашения, поскольку их реализация, по мнению Киева, подорвала бы суверенитет Украины.
Кроме того, во время встречи с Зеленским и европейскими лидерами президент США Дональд Трамп заговорил о гарантиях безопасности для Украины, включая обеспечение закрытого неба. Таким образом, по состоянию на вторник, продолжаются активные дискуссии о подготовке встречи в формате лидеров Украины и России при участии США.
Встреча с Трампом предполагается после двусторонних переговоров Путина и Зеленского. Ключевым вопросом следующих двух недель остаётся серьёзность намерений президента Владимира Путина заключить мир. Год назад, на итоговой пресс-конференции, отвечая на вопрос известного британского журналиста Стива Розенберга о наследии Ельцина, Путин заявил, что при нём Россия вернула себе субъектность и суверенитет на международной арене.
Стоит напомнить, что в 1990–1996 гг., параллельно с либеральными реформами, Россия, несмотря на официальный статус правопреемницы СССР, старалась отказаться от конфронтации и проводила политику интеграции в западный мир.
Автором и идеологом этой линии был министр иностранных дел Андрей Козырев (1990–1996), которого, в противоположность советскому министру Андрею Громыко, прозвали «мистер Да» за его готовность соглашаться с любыми предложениями Запада.
После 1996 года Борис Ельцин разочаровался в либеральных реформах и стал выдвигать на передний план консерваторов. Вслед за внутренним курсом на консерватизм, Россия перешла к аналогичному внешнеполитическому курсу.
Всего через шесть лет после того, как Россия поддержала резолюцию Совбеза ООН о санкциях против Слободана Милошевича, произошёл знаменитый «поворот над Атлантикой» министра иностранных дел Евгения Примакова — символ возвращения к советскому типу внешней политики.
Россия не простила Западу Дейтонские соглашения 1995 года, которые вынудили Милошевича отказаться от планов дестабилизации бывших югославских республик.
С приходом Путина противостояние с Западом лишь усилилось. Достаточно вспомнить его речь на Мюнхенской конференции по безопасности в 2007 году, которая предвосхитила войну с Грузией, аннексию Крыма и полномасштабную агрессию против Украины.
Таким образом, война с коллективным Западом посредством Украины — это естественное состояние нынешней российской политической системы. Россия, по сути, не может существовать без войны, а логика, в которой она интерпретирует исторический процесс, исключает возможность мирного урегулирования — даже несмотря на усилия президента Трампа.
Кроме того, возникает вопрос о возможных уступках двух сторон и коридоре возможностей. Для президента Владимира Зеленского любые разговоры о территориальных обменах опасны политическими последствиями.
Именно поэтому частью возможного компромисса может стать вступление Украины в Европейский Союз. К слову, с этим связан звонок Трампа венгерскому премьер-министру Виктору Орбану который уже давно тормозит интеграцию Украины в ЕС. |
