«Кондитерская Либмана». Темные лестницы и пустующие коммуналки полузаброшенного памятника  

 Дом Либмана оставался весьма фешенебельным и популярным зданием до начала Первой мировой войны. Его престижу не помешал даже теракт в годы первой русской революции, когда в зал кофейни эсеры бросили бомбу — чтобы убедить Бернгарда Либмана «проспонсировать» борцов за светлое будущее.

Когда же в 1914 году начался мировой кризис, то выяснилось, что Бернгард Либман и его сыновья Макс и Пауль сохранили германское подданство. И это при том, что, например, Пауль даже ни разу не бывал в Германии.

Тем не менее, согласно приказу генерал-губернатора, все немецко- и австрийско-подданные были арестованы. В случае с Либманами-младшими дело быстро разрешилось — когда прошел патриотический угар первых дней войны, их быстро выпустили. Дела Либманов снова пошли в гору, но ненадолго.

В 1917 году грянула вторая русская революция, которая за несколько лет бурных потрясений не оставила камня на камне от старого уклада жизни.

В советское время дом Либмана оставался жилым. Только роскошные квартиры для весьма состоятельных граждан стали коммуналками со всеми их «прелестями». Большие комнаты разделили на части уродливые перегородками. Внутренняя отделка со временем исчезала. А парадная лестница стала обычным подъездом — окрашенным снизу и выбеленным сверху.

Вместо кофейни и бильярдных на первом этаже дома долгое время располагалась сберегательная касса с «легко запоминающимся» номером 5340 — она была главной в Ворошиловском (позже Центральном) районе города. Во время оккупации здесь работало румынское издательство «Букул». А уже в 50-е годы — букинистический магазин №19 с первым в городе отделом «Одессика».

После развала СССР в начале 90-х часть первого этажа занял достаточно крутой по тем временам ресторан «Испанский двор». Под вход в ресторан и фойе переоборудовали арку, ведущую во внутренний двор-колодец. Ресторан со временем «загнулся» из-за аварийного состояния здания. А помещение бывшей кофейни до самого последнего времени было офисом фирмы «Ксерокс».

Сейчас дом Либмана пребывает, мягко выражаясь, в плачевном состоянии. Долгие годы неправильной эксплуатации «убили» коммуникации. Капитальный ремонт последний раз проводился в 70-х годах.

Непосредственно к дому Либмана примыкают обгорелые руины дома Руссова. В 2009 году оба здания «одели» в строительные леса и провели фотофиксацию элементов фасада для дальнейшего восстановления. Часть бывших коммунальных квартир приспособили под жилье для строителей-реставраторов и коммунальщиков.

А в декабре 2009 года в доме Либмана произошел пожар — небольшое по масштабам возгорание между четвертым и пятым этажом. Пожар быстро потушили, но сильное задымление выкурило последних жильцов пятого этажа.

Внутри дом Либмана производит мрачное впечатление — темная парадная лестница и гнетущая атмосфера бывшего «Испанского двора» не способствуют хорошему настроению и оптимизму. А когда поднимаешься на третий этаж, то взору предстает огромная заброшенная коммуналка с выломанными дверями, отбитой штукатуркой, снятыми полами и обнажившейся дранкой на потолках. То же самое — на пятом этаже. А между ними, на четвертом,- вполне себе неплохая, если смотреть снаружи, квартира с металлопластиковыми стеклопакетами и кондиционером.

Специалисты уверяют, что Дом Либмана нуждается в реставрации, пусть и не столь срочной как Дом Руссова, но весьма основательной. Некие планы есть у того же инвестора, который хочет реконструировать весь квартал возле домов Руссова и Либмана, но будущее самого дома при этом туманно. А у города, как и всегда, нет денег на свои роскошные памятники архитектуры.

Ранее «Думская» публиковала  фоторепортаж фасадных частей памятника архитектуры.

Александр Вельможко