«Халявщики» и «труженики»: кто как выживает на одесском дне. Часть вторая: философы-разнорабочие и уличная богема  

Постоянный автор «Думской» Леонид Кучеренко делится с читателями своими наблюдениями жизни «за гранью», в самом низу социальной пирамиды Одессы. Сегодня публикуем вторую часть его очерка. Первую читайте здесь.

МАСТЕРА НА ВСЕ РУКИ

Есть и такие, как ни странно, и качество работы у них весьма высокое. Это и одиночные мастера, и целые бригады – самого разного профиля. Они выполняют сантехнические, электрические, ремонтные работы, есть бригады садовников, или, как сейчас модно говорить, «ландшафтных дизайнеров». Есть бригады универсальные, занимающиеся от такелажных и погрузочно-разгрузочных работ до ремонта домов и сложной техники. Они нигде не регистрируются, никому не подчиняются и не платят налоги.

Как-то мой знакомый взял в аренду большой подвал, заваленный всякой всячиной – досками, бутылками, водопроводными трубами, старыми газовыми плитами, книгами, газетами, пластиковыми бутылками из-под напитков. Арендатор пришел в отчаяние, узнав расценки кооперативов по очистке подобных помещений. Я ему посоветовал обратиться к такой бригаде, и он попросил посодействовать.

Нашел я ее быстро в районе вокзала. Познакомился с бригадиром. Он представился как бывший заведующий кафедрой философии одного из одесских вузов. Может быть, соврал, но его эрудиция произвела на меня впечатление. По крайней мере, с философией и серьезной художественной литературой он был знаком далеко не шапочно. Я объяснил, что надо сделать в подвале, мы пошли, он заглянул и сказал, что это просто Клондайк, расходов на транспорт не будет. Так и получилось. Куда они дели остатки, я так и не понял. В связи с «богатствами» загашника цена оказалась не очень высока. Работа была выполнена по-стахановски быстро и чисто, ребята даже подмели помещение. После окончания работы я разговорился с бригадиром, он пригласил меня в свою «штаб-квартиру» в другом подвале.

– Ваш штаб весьма благоустроен, не во всякой квартире такой порядок!

– Для некоторых из нас это жилье, здесь мы собираемся на планерки. У нас даже есть компьютер, мы подключаемся к интернету, надо быть в курсе событий в городе и в мире, следим за заказами в социальных сетях. Вы, наверное, считаете, что мы – бригада алкашей и асоциальных людей? – смеется Константин Петрович. – У нас народ не то, чтобы совсем не пьет, но употребляет куда меньше среднестатистических одесситов. Если надо, можем слегка расслабиться, но не в ущерб работе. А работы много.

Хозяин приготовил кофе, мы выпили по рюмочке и продолжили беседу.

– Вам, наверное, интересно, как мы дожили до жизни такой? Причины разные – кто вынужденно, по воле рока, Фатума, кто сознательно, как я, – продолжает свой рассказ бригадир. – Вы смотрели фильм «Пьянь» с Микки Рурком в главной роли? Это фильм о нас и обо мне. У меня была хорошая работа, приличный заработок даже без взяток от студентов. Однажды я посмотрел на себя в зеркало и сказал: «А зачем мне эти крысиные бега»? Вы знаете, что такое кафедра вуза? Это серпентарий, надо дружить с завкафедрой и, одновременно, иметь хорошие отношения с коллективом, иначе тебе могут снизить учебную нагрузку, а то и зарубить на конкурсе. Ради чего? Амбиций у меня нет, запросы скромные, кроме того, хочу работать тогда, когда хочу, а не приходить на работу с 10 до 18 в белом воротничке. Да и зарабатываю я здесь больше. Пенсию я и так получаю, заведующим никогда не стал бы, работа нормальная, часто на свежем воздухе. «Штаб» мы обустроили, с ментами все схвачено, они нас не особо трогают – мы ведь хорошие мальчики, не скандалим, не дебоширим. Иногда они даже предлагают нам кандидатуры новых работников. Заказов хватает, в окрестностях нас знают, а теперь еще и интернет. Мои собеседники в соцсетях не знают, как я живу, да и не надо это им. Так что, если будут бытовые проблемы – подходите, вдруг поможем…

УЛИЧНАЯ «БОГЕМА»

Разумеется, среди уличных музыкантов и художников немало откровенных халтурщиков и «мастеров» китча. Заработок этот, по сравнению со многими другими, не так труден и тяжел. Главное, найти свою аудиторию и потрафить их вкусу. Больше всего уличных художников сосредоточено на Соборной площади. Там можно заказать и свой портрет, и пейзаж, а можно и приблизительную копию известной картины по принципу «любой каприз за ваши деньги». Состав художников весьма пестр – наряду с выпускниками художественных учебных заведений есть и самоучки. Попадают они сюда разными путями. Вот рассказ одного такого портретиста:

– Я закончил худграф педагогического университета, тогда еще Педина, – говорит художник Виталий средних лет. – Творческая карьера не сложилась – может, таланта не хватило, а может, и удачи. Но я не считаю, что останусь здесь навсегда. Вечером и ночами я пишу для себя, хожу на выставки бывших коллег, особенно молодых, продолжаю учиться. Мой час еще придет, такие примеры в истории живописи были. Главное, не слишком втянуться в эту карусель безвкусных заказов, как в рассказе Гоголя «Портрет».

А некоторые давно позабыли о молодежных амбициях и мечтах о славе. Тем более, что заработок здесь неплохой, особенно в туристический сезон. Такие коллеги гонят откровенную халтуру, не имея отношения к искусству.

– Не хочу обидеть коллег-конкурентов, но большинство из них – ремесленники, как, честно говоря, и я сама, – считает молодая художница Марина. – Профессионального образования у меня нет, училась рисовать «по клеточкам». Набила руку, изучила потребности масс и включила конвейер. Большинство художников здесь мужчины, женщин немного. Старюсь на этом играть. Некоторые заказывают портрет в целях знакомства со мной. Стараюсь их резко не разочаровывать, в процессе работы кокетничаю. Понимаю, что не стану великой, но на кусок хлеба с маслом, а иногда и икрой имею. Это не худший способ зарабатывать на жизнь.

В Одессе много уличных музыкантов разного уровня. Одни бренчат на струнах, не выходя за пределы трех аккордов. Кто-то ходит с песнями по трамваям и троллейбусам, другие стоят на одном, заранее оплаченном в том числе полиции, месте. Несколько лет назад в подземном переходе на углу Дерибасовской и Преображенской замечательно пела немолодая женщина. Репертуар у нее был классический, явно профессиональная певица, вышедшая в тираж.

«Транспортные» певцы и музыканты менее профессиональны, чаще всего это барды и исполнители популярных песен.

Здесь и ниже — фото Алексея Кравцова

Игра на улице требует большЕго уровня исполнительского мастерства. Помню, меня лет двадцать назад просто потряс слепой бандурист, игравший около гостиницы «Большая Московская» на Дерибасовской. В этот момент около него не было слушателей, он меланхолично перебирал струны, исполняя «Лестницу в небо» великих «цеппелинов». И это было замечательно и профессионально, особенно с таким необычным инструментом, который, впрочем, весьма богат, особенно в руках мастера.

Но вернемся к «транспортникам».

– Репертуар у меня скромен, выбираю популярные мелодии – Виктор Цой, Окуджава, Никитины, – говорит похожий на стареющего хиппи, бородатый и лохматый мужчина средних лет Павел. – Музыкант из меня никакой, жму больше на жалость и громкость. Хриплый голос позволяет исполнять некоторые песни Высоцкого, который всегда в моде. Зарабатываю не очень, но зато свободен и не стою под дождем и снегом, как те, что работают на месте.

В массе фальшивящих голосом и игрой попадаются и подлинные мастера, занимающиеся уличной игрой как приработком для еды. Некоторые из них потом попадают на полупрофессиональную или даже профессиональную сцену.

– С детства люблю музыку, «звездой» так пока еще не стал, – признается молодой гитарист Олег. – Но верю в чудо, которое приходило ко многим известным музыкантам.

Последняя, самая высокооплачиваемая категория нигде не зарегистрированных музыкантов – ресторанные «лабухи». Через это прошли практически все известные гитаристы.

– Раньше работать было сложнее, чем сейчас, из-за идеологического контроля со стороны КГБ, – вспоминает ветеран ресторанной и свадебной музыки, известный и сейчас в городе музыкант, выступающий иногда даже перед большой аудиторией, сам он предпочитает именоваться «Джонни». – У нас был утвержденный репертуар, за пределы которого мы выходили только тогда, когда публика была уже «никакой» и можно было оттянуться и поиграть в кайф для себя. Единственное, что было в советские времена удобно – нас почему-то практически не цепляли «бэхи» (ОБХСС – отдел милиции по борьбе с хищениями социалистической собственности, враги фарцовщиков и других подпольных коммерсантов советского времени, — Ред.). Они сквозь пальцы смотрели на наши скромные авто и даже дачи. Может, им команду дали не трогать нас? Главное, не спеть лишнее, поэтому все мы следили за списком запрещенных песен. Один мой друг позарился на большое вознаграждение и на проводах в «Землю обетованную» он исполнил гимн Израиля. Больше его не пускали в рестораны.

Продолжение следует…

Автор – Леонид Кучеренко