«Америка заметает следы!»: депутат Скорик просто идиот или прикрывает уничтожение лучшей биолаборатории Украины?  

Очередной всплеск шпиономании наблюдается прямо сейчас в Одессе. Ничего нового — в очередной раз здесь «открыли Америку через форточку», а точнее «обнаружили секретную лабораторию Пентагона». На этот раз отличился пророссийский нардеп Николай Скорик, который «нашел» здесь не какую-нибудь, а «Центральную референс-лабораторию Министерства обороны США».  

Прозванный за склонность к зодчеству «Колей-Блоком», экс-губернатор имеет особенный талант — говорить полнейшую ерунду, не понимая сути сказанного. Если Соединенные Штаты, действительно, разместили в нашем городе Центральную референс-лабораторию Пентагона, то стоит хорошенько обыскать одесские катакомбы. Вполне возможно, что где-то здесь заодно спрятали весь золотой запас США.

А вообще, судя по всему, информационный вброс Скорика должен отвлечь внимание от настоящих проблем. Например, от скандала с «Новичком» или от уничтожения единственного в стране научно-исследовательского противочумного института. В обоих случаях, как вы понимаете, это выгодно только одной стране, и это не Украина.

«Американская лаборатория» в Одессе есть, и «Думская» еще в 2012 году побывала в ней, сделав подробный очерк. «Американская» она в кавычках, потому что, на самом деле, это украинское учреждение. Единственная лаборатория уровня BSL-3 появилась в нашей стране в рамках международной программы «Научно-технический центр Украины» (The Science and Technology Center in Ukraine, STCU), которая занимается вопросами нераспространения оружия массового уничтожения. Программа работает с 1995 года при участии Украины, США, Канады, Грузии, Молдовы и Азербайджана.

За пятнадцать лет сотрудничества в рамках НТЦУ профинансировали более 1500 украинских проектов на общую сумму 175 миллионов долларов. Среди них — проект дооснащения лаборатории одесского противочумного института. Донором этого проекта стало Министерство обороны США в рамках программы уменьшения биологической угрозы

Пентагон заключил с украинским Минздравом отдельное соглашение, по которому американцы выделили деньги на модернизацию трех лабораторий: в Центральной СЭС (Киев), в НИИ эпидемиологии и гигиены (Львов) и в Украинском научно-исследовательском противочумном институте (Одесса). В этих лабораториях хранятся образцы особо опасных возбудителей, которые при халатном обращении или в руках злоумышленников могут стать угрозой. Подчеркнем, что образцы эти были в них всегда — американцы ничего такого Украине не передавали, они только профинансировали модернизацию системы безопасности этих учреждений.

На одесскую лабораторию потратили 3,5 миллиона, что позволило дооснастить ее до третьего уровня. Это очень высокий уровень, выше только BSL-4 (в таких лабораториях работают с возбудителями неизлечимых и экзотических болезней, например, лихорадки Марбург или Эбола, в Украине лабораторий такого уровня нет). Также в Одессе установили систему контроля патогенов, которая позволяет мониторить режим хранения и работы с ними. Согласно декларации ГАСК, работы в 2009 году выполняли одесские фирмы «Макрохим», «Одесса Инвест» и «АРБ Архитектурное бюро». В результате лаборатория УНИПЧИ стала Центральной референс-лабораторией особо опасных инфекций Украины (Украины, но никак не Пентагона).

В течение нескольких лет здесь продолжали научную работу: совершали полевые выезды, собирали и исследовали материалы, мониторили эпидемическую и эпизоотическую ситуацию. Здесь хранилась бесценная музейная коллекция возбудителей — национальное достояние и результат полувековой работы украинских ученых.

Проблемы начались в 2015 году, когда было принято решение о создании Центра общественного здоровья. Он был образован путем слияния научно-исследовательских учреждений МОЗ и лабораторных центров СЭС. С тех пор УНИПЧИ находится «в процессе реорганизации», который продолжается по сей день.

Реорганизация государственного учреждения — обычное дело. Что тут сложного: инвентаризация, «сдал-принял», смена вывески, возможно, смена руководства. На научной работе это должно отразиться в минимальной степени. Но в этот раз почему-то так не получилось.

Впрочем, для многих это было очевидно с самого начала. Категорически против реорганизации института выступила главный инфекционист Минздрава Ольга Голубовская. Реорганизацию прямо называли «вредительством» и «абсурдом» народные депутаты из профильного комитета Верховной Рады: доктор медицинских наук Ольга Богомолец, доктор медицинских наук Татьяна Бахтеева, врач Игорь Шурма и бывший министр здравоохранения Олег Мусий. Народный депутат Алексей Гончаренко бил в набат и писал депутатские запросы во все инстанции, чтобы остановить это преступление.

Увы, тщетно. Главными лоббистами этой абсурдной идеи были генеральный директор ЦГЗ Владимир Курпита и его первый заместитель, а ныне «главный борец с коронавирусом всея Украины» Виктор Ляшко. Они заявляли, что «у нас нет чумы», а сотрудники института, финансирование которого уже тогда было мизерным, мало занимаются «большой наукой». Они обещали, что институт превратится в филиал киевского ЦГЗ, а в каждой области будут созданы местные эпидемиологические центры.  

Результат мы знаем. Система противоэпидемической защиты Украины усилиями этих деятелей разрушена полностью. Областные центры не созданы, чудом удалось сохранить только бывшие СЭСовские лаборатории.

Чтобы выяснить, в каком состоянии находится институт сегодня, мы позвонили председателю ликвидационной комиссии УНИПЧИ Дмитрию Бондаренко. Нас интересовало буквально несколько вопросов. Сколько штатных единиц научных сотрудников осталось в институте после двух лет беспощадной реорганизации? Какие у них зарплаты? Сколько полевых выездов и исследований проведено за два года? В каком состоянии находится холодильное оборудование и коллекция возбудителей?

«Я не буду отвечать на ваши вопросы. Пожалуйста, делайте на письменный запрос. Все вопросы только в письменном виде», — ответил Дмитрий Анатольевич нашему корреспонденту.

Мы, конечно, сделаем письменные запросы — и в институт, и в ЦГЗ, и в МОЗ, и не только. Но даже сейчас уверенностью можем сказать: институт с лучшей в Украине референс-лабораторией прекратил свое существование как научное учреждение.

За годы «реорганизации» уволились практически все научные сотрудники. Ликвидирован научный отдел. Нет финансирования полевых выездов и лабораторных исследований. Выходит их строя система вентиляции — важнейший элемент безопасности BSL-3. Вышла из строя часть уникального холодильного оборудования, которое позволяет хранить образцы при температуре минус 80 градусов, и есть все основания предполагать, что уникальной коллекции возбудителей, без которой работа референсной лаборатории невозможна, уже не существует.

В начале прошлого года мы задались вопросом: «Сможет ли отреагировать государство, если на место кори придет другая, куда более опасная инфекция?». Тогда мы ответили себе: «Пока сохраняется кадровый и технический потенциал УНИПЧИ, возможности мониторинга и противодействия у государства остаются».

Увы, теперь мы вынуждены признать: сегодня, в разгар пандемии, от Украинского научно-исследовательского противочумного института имени Ильи Мечникова не осталось ничего. Единственное, чем он еще полезен — установка для проведения тестов ПЦР, то немногое, что осталось от американского проекта и пока еще не сдано в металлолом. Сейчас на этом оборудовании проводят тесты на коронавирус для жителей города. Да, еще из средств «коронавирусного фонда» купили дополнительную установку ПЦР. На этом все: крупнейший научный центр превратился в заурядную городскую лабораторию для анализов.

«Как так вышло?» — спросите вы. Об этом стоит спросить у главы ликвидационной комиссии института Дмитрия Бондаренко и его коллег. В письменном виде, ага. А также у тех, кто назначил их в эту комиссию. У тех, кто платит им за это гонорары по гражданско-правовым договорам.

На наших глазах и при нашем попустительстве уничтожили научно-исследовательский институт мирового значения с лучшей в Украине лабораторией. На наших глазах и при нашем попустительстве уничтожают последние возможности для государства противостоять биологической угрозе — природной или злонамеренной. И сделали это люди, которые сейчас делают вид, что «спасают страну от пандемии» совершенно незаконным и абсолютно антинаучным «карантином».

А кто-то в это время продолжает ловить американских шпионов. Что тут скажешь — отличный отвлекающий маневр. Впрочем, нельзя исключать, что нардеп просто идиот. И такое случается.  

Автор — Сергей Дибров