Дела 2 мая: уголовные производства, подозреваемые, осужденные и оправданные

После печальных событий 2 мая 2014 года прошло пять лет. Срок вполне достаточный для того, чтобы правосудие разобралось, кто виноват в смерти 48 людей, и вынесло свой вердикт. Мы выяснили, в каком состоянии находятся уголовные производства, открытые в связи с трагедией, и кто понес наказание за случившееся. Спойлер: почти никто.

Самое громкое уголовное производство — так называемое «дело Антимайдана» («дело Долженкова и других»). На скамье подсудимых оказались двадцать активистов пророссийской «Одесской дружины». Все они, кроме командира «дружинников» Сергея Долженкова (кличка «Капитан Какао») и гражданина РФ Евгения Мефедова (кличка «ФСБшник»), были задержаны в торговом центре «Афина» на Греческой площади — поверили руководителям одесской милиции, которые дали «честное слово офицера», что всех погрузят в автозаки, вывезут подальше от места событий и отпустят. Вместо этого они казались сначала в следственных изоляторах, а затем — на скамье подсудимых.

Сергей Долженков (в футболке с имперским гербом Одессы)

В первые, самые ответственные дни, расследование проводило следственное управление УМВД Одесской области. Его тогдашний руководитель, полковник Дмитрий Цветков, сейчас не скрывает, что сделал все возможное, чтобы уничтожить улики и выпустить на свободу фигурантов.

Затем расследование поручили Главному следственному управлению Министерства внутренних дел. В Одессу прибыл «десант» — делом занимались сто сорок следователей и прокуроров. В конце 2014 года материалы были переданы в Приморский районный суд.

2 мая 2014 года. Миролюбивые любители России во главе с Долженковым идут к своим оппонентам из проукраинского лагеря.  

Началась долгая эпопея — судьи один за другим отказывались рассматривать это уголовное дело, придумывая любые причины и поводы для самоотвода. Коллегию удалось собрать только в Малиновском районном суде, где в январе 2015 года начали зачитывать обвинительный акт.

Независимая журналистско-экспертная «Группа 2 мая» прокомментировала титаническую работу следователей и прокуроров статьей под заголовком «Тридцать один том макулатуры». По мнению участников группы, уже тогда было очевидно, что вынести обвинительные приговоры по представленным в суд материалам обвинения невозможно.

Так, собственно, и случилось: спустя два с половиной года, после нескольких смен состава судебной коллегии и передачи дела в Черноморск, тамошний городской суд вынес оправдательный приговор всем фигурантам. Прокуратура обжаловала это решение, жалобу направили на рассмотрение в апелляционный суд Николаевской области, где она в вялотекущем режиме рассматривается до сих пор.

За решеткой остаются два фигуранта этого дела — Сергей Долженков и Евгений Мефедов. Теперь их обвиняют в призывах к свержению конституционного строя и в покушении на территориальную целостность Украины — по мнению следователя, они совершили эти преступления во время автопробега Одесса-Николаев 28 марта 2014 года.

В судах сейчас рассматривается еще ряд дел антимайдановцев, выделенных в отдельные производства. Среди фигурантов — ранее судимый Александр Посьмиченко, который являлся ключевым свидетелем обвинения по основному делу. Впоследствии он, правда, от своих показаний против Долженкова и других отказался, хотя собственную вину признал.  

Единственным проукраинским активистом, которого привлекают к ответственности за события 2 мая, является Сергей Ходияк. Как считает следствие, в разгар столкновений на Греческой площади он открыл огонь из охотничьего ружья по милиционерам, пророссийским активистам и работникам СМИ, ранив многих из них. Впоследствии один из раненых — участник «Антимайдана» Евгений Лосинский — скончался. Ходияка обвинили в его убийстве, покушении на убийство еще ряда лиц, а также в посягательстве на жизнь работников правоохранительных органов. Такие преступления тянут на большой тюремный срок, а то и пожизненное. Тем не менее мужчина остается на свободе, причем без меры пресечения. Попытка правоохранителей отправить его в СИЗО едва не привела к новым столкновениям: у Ходияка большая и весьма активная «группа поддержки», которая посещает все судебные заседания с его участием, всем своим видом показывая, что не допустит ареста соратника.

Сергей Ходияк

МВД раскрыло личность подозреваемого еще 19 мая 2014 года

Одесские суды несколько раз сбагривали дело Ходияка друг другу, не желая связываться с буйным активистом и его друзьями. В 2016 году Киевский районный суд Одессы вернул материалы прокуратуре на доработку. Впоследствии оно перекочевало в Малиновский райсуд, где и будет рассматриваться с участием присяжных. Пока, впрочем, особого прогресса здесь не видно.

По мнению экспертов «Группы 2 мая», «дело Ходияка» затягивается по причине недостаточного качества расследования и давления, которое оказывают на суды обвиняемый и его сторонники.

А в апреле 2016 года Приморский районный суд Одессы вынес приговор одесскому антимайдановцу Денису Шатунову. Он был признан виновным в организации заказного убийства Сергея Ходияка, за что получил десять лет.

Денис Шатунов

Еще два дела открыли в отношении сотрудников ГСЧС, которые вовремя не организовали тушение пожара в Доме профсоюзов, что привело к гибели 42 человек. В одном из них фигурируют бывший начальник облуправления службы Владимир Боделан и его первый заместитель Руслан Великий. Их подозревают в совершении преступления, предусмотренного ст. 135 ч. 3 УК Украины (оставление в опасности, которое привело к смерти или другим тяжелым последствиям), что наказывается лишением свободы на срок от трех до восьми лет.

Аудиозапись переговоров диспетчеров облуправления ГСЧС 2 мая

Боделан и Великий от правосудия скрылись, причем первый покинул Украину.  По нашей информации, он получил российское гражданство и работает начальником так называемого «крымского филиала федерального казенного учреждения «Центр стратегических исследований гражданской защиты МЧС РФ».

Владимир Боделан с новыми коллегам

Руслана Великого задержали в июле 2017 года, но уже в августе Печерский районный суд Киева выпустил его из СИЗО. После этого их дело окончательно развалилось, и шансов на вынесение какого бы то ни было приговора нет.

Руслан Великий (слева) с братом в Печерском райсуде столицы

Второе «ГСЧСное» дело передали в суд в декабре 2016 года. На скамье подсудимых — бывший заместитель начальника областного управления Виктор Губай, начальник дежурной смены Юрий Швиденко и помощник начальника смены Светлана Коева. По мнению обвинения, выполняя преступный приказ Боделана, они нарушили устав и требования закона и не организовали тушение пожара в Доме профсоюзов. Это производство тоже «подвисло» и фактически не рассматривается.  

В розыске, как и Боделан, находится бывший заместитель начальника УМВД области, начальник милиции общественной безопасности Дмитрий Фучеджи. Впрочем, ему не предъявляли официальных претензий по поводу событий 2 мая - его подозревают в превышении полномочий 4 мая, когда из милицейского изолятора временного содержания на Преображенской отпустили задержанных накануне «антимайдановцев». По нашей информации, он тоже получил российское гражданство и скрывается на территории РФ, оформив себе украинскую офицерскую пенсию.

Дело шефа Фучеджи Петра Луцюка сейчас находится в суде. По мнению следователей и прокуроров, 2 мая полковник милиции сознательно не ввел в действие  оперативный план «Волна» («Хвиля»), который предписывает действия работников милиции, военнослужащих внутренних войск, частей ГСЧС, медицинских учреждений в случае возникновения массовых беспорядков. Затем он подписал приказ задним числом и вынудил своих подчиненных фальсифицировать документы, чтобы избежать ответственности.

Генеральная прокуратура предъявила Луцюку обвинение по ч. 3 ст. 135 УК «оставление в опасности» (от трех до восьми лет), ч. 2 ст. 364 УК «злоупотребление властью или служебными полномочиями» (от трех до шести лет) и ч. 1 ст. 366 УК «служебный подлог» (штраф или ограничение свободы). В совокупности — это тяжкое преступление. Полковника обвиняют в нанесении материального ущерба, также заявлены гражданские иски от родственников погибших. К сожалению, и здесь никакого прогресса нет: дело банально «зависло».

Кроме Луцюка, о подозрении по части 2 ст. 364 УК сообщили бывшим руководителям городского управления милиции, полка патрульной службы и отдела общественной безопасности Одесского городского управления ГУ МВД в Одесской области Андрею Нетребскому, Вадиму Кнышову и Вячеславу Ташматову. Было ли направлено их дело в суд, увы, неизвестно.

Отметим, что, по мнению специалистов, введи Луцюк в действие «Волну», то массовые беспорядки были бы локализованы в центре города и однозначно не перекинулись бы на Куликово поле. Кто вмешался в работу милиции и отдавал приказы руководству ГУ МВД — ответ на этот вопрос наверняка позволит получить ответы на множество других вопросов по поводу тех трагических событий.

Продолжается расследование других эпизодов событий 2 мая, в том числе пожара в Доме профсоюзов. Некоторый всплеск активности наблюдался в 2016 году, когда разваливающееся дело передали из Главного следственного управления МВД в следственное управление полиции Одесской области. Были проведены допросы, изъятия материалов, в том числе данных с камер видеонаблюдения и информации сотовых операторов. По итогам расследования было подготовлено подозрение в отношении бывшего депутата областного совета Вячеслава Маркина и активиста «антимайдана» Юрия Трофимова. По версии следствия, именно они организовали захват здания и завели людей в Дом профсоюзов, чтобы «превратить его в Брестскую крепость». Дело в отношении Маркина закрыто в связи со смертью — он скончался 3 мая 2014 года в 411-м военном госпитале от травм, полученных при падении из окна здания Дома профсоюзов.

Вячеслав Маркин

Что касается Юрия Трофимова, то активист организации «Честь имею» действовал по указаниям самозваного «президента Одесской народной республики» Валерия Каурова. Во версии следствия, Трофимов открыл двери и впустил людей в здание.

Трофимов кричит: «Все в здание!»

Затем он с другими активистами забаррикадировался на крыше.

Ранним утром 3 мая сотрудники милиции по итогам переговоров отпустили всех, кто был на крыше Дома профсоюзов, в том числе Трофимова. Сам Юрий Трофимов этого не скрывал и рассказывал в своих видеоинтервью.

В июле 2014 года Трофимова задержала СБУ по подозрению в организации диверсий. В декабре того же года его обменяли на украинских военнопленных. Сейчас он находится в розыске.

Юрий Трофимов

Также в рамках уголовного дела была назначена повторная комплексная пожарно-техническая и судебно-медицинская экспертиза, которая должна была дать окончательные ответы на важные вопросы об обстоятельствах пожара и причинах смерти людей в здании. Благодаря настойчивости участников «Группы 2 мая» и помощи международных мониторинговых организаций к участию в этой экспертизе были привлечены иностранные эксперты. В рамках этой экспертизы еще два года назад назначили эксгумацию тел пяти погибших. Против, однако, выступили их родственники, и процедуру так и не провели.

Как видим, дел открыто и расследуется множество, но до суда дошли далеко не все, а уж приговоров пока раз, два и обчелся. Об оправдании Долженкова и других написано выше, а обвинительных решений судов всего два, причем вынесены они в отношении иностранцев. В 2017-м году был признан виновным россиянин Евгений Гурьев — рядовой участник событий со стороны Антимайдана, который в течение трех лет скрывался от правосудия, но был задержан . Согласно приговору, он раскаялся, признал свою вину и получил пять лет условно, с трехлетним испытательным сроком.

Аналогичным образом в начале 2018-го наказали 38-летнего гражданина Беларуси Олега Ткачука (он же Шабалин, он же Бульбаш). На родине он был судим за кражу, грабеж, изнасилование и разбой. Освободившись, перебрался в Одессу. В начале 2014 года примкнул к пророссийским активистам. На Куликовом поле был известен как Бульбаш.

2 мая 2014 года принимал активное участие в уличном бое, находился вместе с Виталием Будько (Боцманом) и стрелял из травматического оружия, в котором эксперты Группы 2 мая опознали сигнальный (стартовый) пистолет Voltran SWAT.

19 мая 2014-го его задержали сотрудники СБУ. Пресс-центр ведомства поспешил объявить, что Бульбаша подозревают в подготовке террористического акта на Куликовом поле — якобы он вместе с тремя другими «антимайдановцами» планировал подорвать автомобиль среди людей, пришедших почтить память жертв трагедии. Однако о подозрении Шабалину никто не сообщал. Более того, его быстро отпустили, сделав свидетелем по делу 2 мая. Оказавшись на свободе, любитель России решил не испытывать судьбу и тут же рванул домой, в РБ.

А там его, оказывается, ждали. Шабалина арестовали, предъявили обвинение в «уклонении от превентивного надзора» (он как судимый должен был регулярно отмечаться у участкового) и приговорили к году и шести месяцам лишения свободы. Отсидев, он снова приехал в Одессу, где женился на местной жительнице, своей давней подруге, и взял ее фамилию. Тут на него и обратили внимание следователи по делу 2 мая, которые давно интересовались его местонахождением.

В июле 2017 года Шабалин-Ткачук был снова задержан — уже по подозрению в участии в массовых беспорядках. Суд определил ему меру пресечения в виде содержания под стражей.

Вот и все осужденные за трагедию. Негусто, согласитесь.

Автор — Николай Ларин